Бигельды Габдуллин. “Камбала меняет окрас”

20 января 2000 года в казахстанской газете “XXI век” под рубрикой “Как на духу” было опубликовано открытое письмо Рахату Алиеву, озаглавленное: “Камбала меняет окрас”. Автор этой нашумевшей публикации — известный журналист Бигельды Габдуллин.

Касательно кажегельдинского телохранителя Сатжана Ибраева, упомянутого там, сообщаю нижеследующую информацию. Он является внучатым племянником акмолинских аргынов — братьев Ахметовых, которые ещё в 1940-х годах занимали достойное место в табели о рангах Алма-Аты. А ведь тогда в столице Казахской ССР жило крайне мало казахов, которые были обескровлены голодомором и войной. Старший из братьев Ахметовых, Фахретдин, был тестем неотёсанной деревенщины — ыстинца Амангельды Шабдарбаева, который во многом благодаря родству со знатным аргынским семейством выбился в люди. Этот случай напоминает историю южанина-фигляра Асанали Ашимова, который женившись на дочери баян-аульского аргына — выдающегося кинематографиста Шакена Айманова, стал в итоге народным артистом СССР.

Средний из братьев Ахметовых, кандидат исторических наук доцент Хажетден Баймендин, во время Второй мировой войны участвовал в обороне Ленинграда, был первым ректором Алматинского технологического университета и другом мэра Алматы Заманбека Нуркадилова. А вот Мухит Ахметов, второй из братьев, отсидел в ГУЛаге. Ещё был четвёртый брат — Мушкат Ахметов. Неудивительно, что акмолинский аргын Бигельды Габдуллин положительно отзывается о своём младшем сородиче — Сатжане Ибраеве, этом гнусном гебисте, который задаёт много лишних вопросов, а сам старается ни за что не отвечать. И его отец — Енбек Ибраев, преподававший научный коммунизм в КазГУ — был таким же отвратительным представителем трёхбуквенного ведомства. Логично, что семипалатинский уак Акежан Кажегельдин, выходец из родственного аргынам племени, подобрал себе такого специфического охранника.

Таким образом, за пеленой идеологической трескотни власти и “оппозиции” вырисовывается неутешительная конфигурация мафиозных кланов реальной политики. Палач Шабдарбаев был куратором ловкача-казнокрада Кажегельдина. Палач Дутбаев — цепной пёс кыргызского иезуита Абыкаева — курировал “оппозиционера”-блядуна Туякбая, который, в бытность генпрокурором, ездил по шлюхам в сопровождении своих телохранителей и даже не удосуживался поинтересоваться душевным состоянием охранников, вынужденных обеспечивать безопасность туякбаевских оргий. Между Кажегельдиным и Туякбаем были нормальные отношения, потому что их кураторы — пророссийский Шабдарбаев и православный Абыкаев — не имели между собой существенных разногласий. Но Абыкаева и Шабдарбаева объединяла непримиримая вражда с Рахатом Алиевым, за которым тоже тянется кровавый шлейф тяжких преступлений. Даже перекрасившись в провластного журналиста, Б. Габдуллин продолжал информационную войну против алиевцев. Например, он собирал компромат на казнокрада-интеллектуала Мухтара Джакишева — друга детства Р. Алиева.

Кстати, в каталоге Национальной библиотеки РК значится статья “Камбала меняет окрас”. Но как это часто бывает у наших библиотекарей-вандалов, публикации оппозиционнного (пусть и на словах, а не на деле) характера уничтожаются или изымаются из фондов книгохранилища. Тем не менее, я раздобыл этот подзабытый материал, и теперь публицистическое выступление Б. Габдуллина впервые обнародовано в интернете.

Скан статьи Бигельды Габдуллина "Камбала меняет окрас", опубликованной в газете "XXI век" 20 января 2000 года.

Господин генерал!

Поводом публичного обращения к Вам послужила опасная ситуация, которая грозовой тучей нависла над моей страной. Даже наше поколение, не видевшее ужасы сталинских лагерей, чувствует сердцем, что над горизонтом уже клубится новая беда — предвестие жестоких репрессий. Аресты моих соратников П. Афанасьева, С. Ибраева и В. Ручкина, предстоящий суд над моей персоной — не что иное, как генеральная репетиция грядущих процессов.

Не знаю, может быть, конец века влияет на жизнь моих соплеменников, оставляя за собой яркий отпечаток зыбкости, мары, словно бы по топи ступаешь неуверенной ногою, боясь захлебнуться вонючей болотиной. Такое предчувствие живёт не только в моей душе. С кем бы я ни говорил, будь то коллеги из “Хабара” или “Егемен Казахстана”, всеми овладело ощущение неуверенности в завтрашнем дне, пустоты, никчёмности. Выходит, в атмосфере самой жизни накопилось столько непродышливого воздуха, столько лжи и лицемерия, что они тяжко и неотвязно давят на душу, вызывая самые горькие мысли и безысходность.

Господин генерал Алиев, я думаю, надо очень стараться ничего не знать, ничего не видеть и не слышать, чтобы не заметить, куда скатывается наша страна.

А государство наше поражено сегодня множеством тяжких и опасных болезней.

Хозяйство страны давным-давно не сводит концы с концами, запасов, практически, нет никаких, и слой даже обиходного материального благосостояния, охватывающего самые простые и необходимые нужды, просто плёночный.

Мы зашли в тупик и в промышленности, и в сельском хозяйстве. Власть аграрной страны смирилась с позорной закупкой из-за границы сливочного масла, мяса, сыра, риса, молока… Список того, что страна способна была предложить на мировой рынок, сократился до минимума: нефть, хлеб и металл… По сути, это является распродажей богатств, принадлежащих уже не нам. а нашим детям.

В катастрофическом положении оказались у нас не только экономика, но и духовная сторона жизни. В полном запустении и заброшенности пребывает культура. Из страны из-за невостребованности уезжают не только лучшие оперные певцы, балерины, музыканты, художники, композиторы, певцы, но и журналисты. А оставшиеся систематически подкупаются ежегодной подачкой президента Назарбаева или просто-напросто не хотят творить в атмосфере косности, цензуры и диктата. Возможно, потому казахская интеллектуальная среда стала стремительно превращаться в поле, зарастающее сорняками словоблудия, бескультурья, жульничества. Скажите мне на милость, чем обрадовала нас культура за последние 5-7 лет? Абсолютно ничем.

Словом, власть всё сделала, чтобы спрятать интеллигенцию, усыпить социальную совесть нации.

И, как результат этого, полез вверх процент разводов, пьяной преступности, психически больных. Появилась и пошла гулять по проспекту Саина проституция.

Юриспруденция осуществляется так, как будто у гражданина нет и не может быть чувства собственного достоинства, а в стране напрочь отсутствуют судьи и прокуроры.

Наша новая мораль чётко делит казахов на своих и чужих, точнее, на три жуза. Если суждено вам родиться в Старшем жузе, то быть тебе начальником по гроб жизни. Практически, 70% представителей Власти — назначенцы из Старшего жуза.

Предательство, вероломство, доносительство, жестокость в тюрьмах, вплоть до пыток, — все это становится нормой жизни и направлено на сохранение существующего режима. Правда, называется всё это теперь политической бдительностью, борьбой с терроризмом. Появились и совсем новые слова, точнее, полузабытые: наймит, диверсант, агент. Теперь наше государство требует от каждого из нас новый тип собственной совести — верно служить диктату Власти.

Можно сказать, что сегодня Казахстан пребывает в обстановке, всё больше напоминающей антиутопию Оруэлла: полный диктат верховного эшелона, семейственности, коррупции и лицемерия. Первым условием благополучия в обществе отдельного человека остается отсутствие в личности человека именно самой личности.

Господин генерал Алиев! Хочу Вас спросить, почему же через восемь лет нашей независимости мы пришли к такому, щемящему душу, результату? В чём причина? Где гнездятся и в чём кроются зародыши тех искривлений, которые так изуродовали нашу общую жизнь, что она стала во многом абсурдной и даже прямо противоположной первоначальной мечте?

Ответы на эти вопросы лежат на поверхности: надеюсь, Вы тоже их знаете. Причиной всех наших бед является элементарная неспособность Власти принимать кардинальные решения, политическая слепота в сочетании с экономической некомпетентностью. И всё тут.

Предчувствуя беду, осознавая ответственностъ за судьбу страны, демократические силы страны предложили президенту Назарбаеву насущно необходимую идею Национального диалога. Увы, до сих пор они не получили ответ. Президент позабыл простую истину: гонимая идея, какая бы она ни была, приобретает некий оттенок благородства, вызывает сочувствие миллионов.

Демократы желают добра своим согражданам, может потому не утратили веры в грядущее. Перед нами стоит общая задача: сохранить мир в Доме, наводить мосты дружбы между народами, искать пути взаимопонимания, а не преследовать других за инакомыслие.

Вместо понимания, выработки согласованных позиций, Вы вместе со своими сотрудниками устраиваете гонения на оппозиционеров, всячески препятствуете выходу газеты “XXI век”.

Я в какой-то мере могу понять Генерального прокурора Ю. Хитрина, когда он перед президентскими выборами 1999 года издал приказ о закрытии “XXI века”, потому что он — подневольный человек, пристегнутый к своему креслу куском хлеба. К нему, как верному подданному Назарбаева, у меня нет особой обиды, ибо он исполнял спущенный циркуляр. Но Вы, господин генерал, из другой когорты человек — из святого “семейства”. В отличие от Ю. Хитрина, Вас никто не принуждает кидаться с копьём наперевес в новое ристалище с газетой “XXI век”.

Только вождь дикарей верит в то, что жизненная сила убитых или поверженных им врагов переходит в него самого. Не лежит ли сия скудная вера в основе всех Ваших преследований независимой прессы?!

Я думаю, бесполезно говорить, что такой приём борьбы с оппозицией — нечестен, бесполезно напоминать, что во всём цивилизованном мире порядочные люди единодушно считают закрытие и преследование газет делом подлым. Реальные политики, способные правильно оценить значение сил, творящих жизнь, знают, что сила слова не может быть уничтожена таким способом. Люди, опытные в делах подпольных, не могут не знать, что запрещённое слово приобретает особую убедительность.

Помнится, один из известнейших русских писателей, читая нам лекции в Московском литературном институте, поведал такой случай из своей жизни. Деревенский мальчишка, придя из детского сада, стал приставать к матери: “Мама, купи мне костылики, и всё”. Оказывается, мальчуган увидел своего сверстника, что ходит на костылях. Ему стало завидно, что нет у него такой игрушки. Для мальчишки с его крохотным умишком костылики — лишь игра, забава, ему ещё не понять чужих страданий.

Мне кажется, господин генерал, для Вас преследование моей газеты — тоже своего рода игра, забава, развлечение. Однако эта игра уже стала приобретать системный характер.

Но не забывайте, что, украшая ореолом мученичества меня, мою газету, тем самым насыщаете нас притоком новой энергии.

Камбала, чувствуя опасность и желая выжить, меняет окрас; и все же она, бедная животинка, остаётся камбалою. Так и газета “XXI век” в любом формате останется популярной и правдивой газетой.

И, наконец, неужели у Вашего ведомства больше нет дел, кроме как заниматься лишь моей газетой?

… Даже в кулачной драке есть свои законы порядочности. Вы, хоть и врач по образованию, надеюсь, знаете, что русское госуправление в XIX веке, о котором историки отзываются не совсем похвально, и то не требовало от гражданина участия в круговой поруке ненависти по отношению к уже поверженному им врагу, а также к инакомыслящему. (Я думаю, Вы понимаете, на что я намекаю). Пленным французам разрешалось танцевать на русских балах; друзья не прекращали отношений с объявленными вольнодумцами.

В 1826 году, когда понадобилось вешать декабристов, говорят, палача пришлось искать по всей России. С великим трудом нашли, но и он ничего не умел: двое повешенных сорвались с верёвок; потом больше пятидесяти лет никого в России не казнили. Представляете, за полвека — ни одной казни! Ни одной!

А у нас, в современном Казахстане, провозгласившем идеи демократии? Даже кощунственно отвечать на сей вопрос, потому что в нашей стране смешно говорить о рыцарском чувстве уважения к врагу. У нас запросто могут пообещать человеку, что ему ничего не грозит, а затем арестовать его без причин. Как это уже случалось с нашим лидером А. Кажегельдиным.

Я уверен, господин генерал Алиев, Вас, выходца из благородной семьи и сына достойного отца, не оставляют вечные вопросы: “Кто я есть и зачем живу? Чем я был полезен своей стране? Что будет со мной, с семьёй и детьми после ухода Назарбаева?” Час, в котором задаёте себе подобные вопросы, — не из приятных. И каждый раз, когда вспыхивает такая совестливая мука и будоражит душу, я думаю, вся чиновничья Ваша шелуха вместе с властью, деньгами покажутся такой бренной, временной, и захочется стать чище. Если такое случается, то я рад… Значит, совесть с Вами. Прислушайтесь к зову сердца и не ошибётесь!

Бигельды ГАБДУЛЛИН, издатель и главный редактор газеты “XXI век”

Likes(0)Dislikes(0)
Print Friendly, PDF & Email
4 views

Leave a Reply